Образ. Страшный суд.

Страшный суд

Страшный суд. Новгород. Третья четверть XV в.

В композиции Страшного суда иллюстрируются темы, взятые, в основном, из Евангелия, Апокалипсиса, из Слова Ефрема Сирина, Слова Палладия Мниха, Жития Василия Нового и других произведений византийской и древнерусской литературы, а также народных духовных стихов. В Страшном суде изображаются картины конца мира, последнего суда над всем человечеством, воскресения мертвых, сцены адских мучений и райского блаженства.

Истоки изображения Страшного суда восходят к IV в., к фресковой живописи катакомб. Позднее Страшный суд входил в систему стенных росписей, как византийских, так и русских храмов, был распространен также и на Западе. На Руси известно наиболее раннее фресковое изображение Страшного суда в Кирилловском монастыре в Киеве, выполненное в XII в., в Георгиевском соборе Старой Ладоги (80-е гг. XII в.), в церкви Спаса Нередицы в Новгороде(1199 г.), в Дмитровском соборе во Владимире (конец XII в.). До нас дошли также фрагменты Страшного суда, написанного Андреем Рублевым и Даниилом Черным на стенах в Успенском соборе г. Владимира.

Наиболее раннее известное нам изображение в иконописи относится к XV в. (икона первой половины XV в.в Успенском соборе Московского Кремля).

Страшный суд. Конец XIV — начало XV вв. Успенский cобор Московского Кремля, Москва.

В центре композиции изображается Христос — судья мира. Ему предстоят Богоматерь и Иоанн Предтеча — ходатаи за людей. У их ног Адам и Ева — первые люди на земле. По сторонам этой центральной группы сидят апостолы (по шести с каждой стороны) с открытыми книгами в руках. За апостолами ангелы — стражи небесные. Под апостолами — народы идут на суд. Справа от Христа — праведники, слева — грешники. Среди последних, судя по сохранившимся в некоторых композициях надписям, изображаются: немцы, русь, ляхи, эллины, ефиопы и др. Вверху часто изображается Бог Саваоф, ангелы света, низвергающие с небес ангелов тьмы (дьяволов) и как символ конца мира всегда изображается небо в виде свитка, свиваемого ангелами. Ниже Христа — судьи мира, пишется престол. На нем одежда Христа, крест, орудия страстей и раскрытая «книга бытия», в которой по легенде записаны все слова и дела людей. Еще ниже бывают представлены: большая кисть руки, держащая младенцев, что означает «праведные души в руце Божией», и здесь же, неподалеку, весы «мера дел человеческих». Около весов происходит борьба ангелов с дьяволами за душу человека, которая часто присутствует тут же, в виде обнаженного юноши. В нижней части композиции обычно следуют сцены: «Земля и море отдают мертвецов», «Видение пророка Даниила» и композиции рая и ада. Земля представляется в виде темного круга, обычно неправильной формы. В центре земли сидит полуобнаженная женщина, олицетворяющая землю. Женщину окружают поднимающиеся из земли фигуры людей — «воскресшие из мертвых». Звери, птицы и пресмыкающиеся, выплевывающие тех, кого они пожрали.

В море, окружающем землю, плавают рыбы. Они, так же как и звери на земле, отдают воскресших на суд Божий. В сцене «Видение пророка Даниила» ангел показывает пророку Даниилу четырех зверей. Эти звери символизируют «погибельные царства» (царства, которым предстоит погибнуть) — Вавилонское, Македонское, Персидское и Римское или антихристово. Первое представляется в образе медведя, второе — в образе грифона, третье — в образе льва, четвертое — в образе рогатого зверя. Иногда писались еще и другие звери, имеющие аллегорическое значение. Среди последних особенно интересны зайцы, которые, по широко распространенному на Руси представлению, воплощенному в стихах о «Голубиной книге», являлись аллегорическими образами «правды» (белый заяц) и «кривды» (серый заяц).

Особенно большое внимание уделяется в сценах Страшного суда образам ада. Ад изображается в виде «гиенны огненной», со страшным зверем, на котором сидит Сатана — господин ада, с душой Иуды в руках. В огне горят грешники, мучимые дьяволами. В особых клеймах показаны грешники, подвергаемые различным мучениям. Из огненной пасти адского зверя вверх, к ногам Адама, поднимается длинный извивающийся змей, олицетворяющий грех. Иногда вместо змея изображается огненная река (Страшный суд — икона первой половины XV в. Успенского собора Московского Кремля).

Рай бывает представлен несколькими сюжетами. Сюда относятся: «Лоно Авраамово» — старцы Авраам, Исаак и Иаков с душами праведников, сидящие среди райских деревьев; изображение на фоне деревьев Богоматери на престоле с двумя ангелами и благоразумным разбойником по сторонам; изображение врат рая, к которым подходят праведники, возглавляемые апостолом Петром с ключом от рая в руке.

Рай в образе священного города — «Горнего Иерусалима» с блаженствующими в нем праведниками, пишется почти всегда вверху. Под «Горним Иерусалимом» часто встречается изображение летящих в paй схимников.

Внизу, между сценами ада и рая, изображается прикованный к столбу обнаженный человек — «милостивый блудник», который «ради милостыни избавлен вечных мук, а ради блуда лишен царства небесного».

В композицию «Страшного суда» привносятся и другие детали (В. Сахаров, Эсхатологические сочинения и сказания в древнерусской письменности и влияние их на народные духовные стихи, Тула, 1897; В. Варенцов, Сборник русских духовных стихов, Спб., 1860, стр. 19; Ф. И. Буслаев, Сочинения, т. II, «Исторические очерки русской народной словесности и искусства», Спб., 1910, стр. 133 (Изображение страшного суда по русским подлинникам); Н. В. Покровский, Страшный суд в памятниках византийского и русского искусства. — В кн.: «Труды VI Археологического съезда в Одессе (1884)», т. 3, Одесса, 1887, стр. 285–381; F. Cabrol, Dictionnaire d’archéologie chrétienne et de liturgie, Paris, 1907, t. VIII, стр. 279–287; Н. В. Покровский, Сийский иконописный подлинник, вып. I, Спб., ОЛДП, 1895, стр. 37–45).

  • Антонова В. И., Мнева Н. Е. Каталог древнерусской живописи XI — начала XVIII в.в. Опыт историко-художественной классификации. В 2-х томах.

Страшный Суд. Середина XVI в. Из деревянной церкви Покрова (1761 г.) погоста Лядины Каргопольского района Архангельской области.

Икона из погоста Лядины повторяет, в общих чертах, иконографическую схему, сложившуюся в византийском искусстве в X–XI веках, и, вместе с тем, содержит ряд новых мотивов, которые получают распространение в русской иконописи, начиная с XV–ХVI веков.

В центре композиции располагается изображение Христа-Судии во славе. Правой рукой Он благословляет, а в левой — держит раскрытое Евангелие с надписью «Не на лица судите» (Ин VII, 24). По обе стороны от Христа представлены стоящие в молении Богоматерь и Иоанн Предтеча, припадающие Адам и Ева, а также — двенадцать апостолов с раскрытыми книгами, восседающие на престолах (Мф XIX, 28). Ниже, справа и слева от Христа, изображены праведные и грешные, восставшие на Суд (Мф XXV, 31–46). Между ними располагается изображение Этимасии — престола, уготованного для Суда (Пс IX, 5–8). На престоле положена риза Христа, а поверх ее — открытое Евангелие, которое уподоблено здесь апокалиптической Книге Жизни (Откр V, 1–3). За престолом — голгофский крест, напоминающий о жертве, которая дает право Спасителю раскрыть Книгу и судить мир (Откр V, 9–10). По обе стороны от него стоят два ангела с развернутыми свитками, на которых — евангельские слова, обращенные к праведным и грешным (Мф XXV, 34, 41). В соответствии с иконографической традицией, справа от Христа изображены святые, представленные по чинам — пророки, святители, мученики, преподобные, мученицы и преподобные жены. Группы грешников олицетворяют различные народы, причем впереди всех представлены евреи, которым Моисей указывает на Христа. Под Этимасией, в небесном полукруге, представлена рука с праведными душами в виде младенцев в белых одеждах (Прем III, 1). Рука держит весы, на которых взвешиваются человеческие души. Чашу весов добрых дел охраняет ангел, поражающий трезубцем бесов, силящихся перетянуть чашу злых дел. Другой ангел низвергает грешников в огненное озеро. В нижней части иконы располагаются традиционные изображения рая и ада. В райском саду представлены Богоматерь на престоле между ангелами, праотцы Авраам, Исаак и Иаков с праведными душами (Лоно Авраамово — Лк XVI, 22) и благоразумный разбойник (Лк XXIII, 39–43). К райским вратам с охраняющим их херувимом (Быт III, 24) подходят праведники во главе с апостолами Петром и Павлом. Справа представлен ад с сатаной, сидящим на звере и держащим на руках душу Иуды. Между раем и адом изображен «милостивый блудник», привязанный к столбу. По преданию, он не был допущен в рай из-за блуда, которому предавался, но избегнул адских мучений, так как постоянно творил милостыню. В самом нижнем регистре композиции располагаются десять клейм со сценами адских мучений. К числу уникальных сюжетов, известных лишь в поздней русской иконописи, относится изображение змея, поднимающегося из пасти ада к ногам Адама («…и вражду положу… между семенем твоим и семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» — Быт III, 15). На змее располагаются двадцать кругов с аллегорическими изображениями, обозначающих мытарства — испытания в различных грехах, через которые должна пройти человеческая душа, прежде чем она попадет в Царствие Небесное. Особое место в композиции иконы занимает развернутая иллюстрация эсхатологических видений пророка Даниила (Дан VII–VIII). Отдельные мотивы из этих видений в разное время включались в иконографическую схему «Страшного Суда», однако только с XVI века они иллюстрируются практически полностью и приобретают значение самостоятельного сюжета, обрамляющего общую картину Суда. Сам Даниил и ангел, толкующий видение, представлены в круге, у правого поля иконы. Перед ними, в большом круге — аллегорические изображения Земли и Моря, которые отдают мертвых, восставших на Суд (Откр XX, 13).

  • Царство и Царствие 2002.

Добавить комментарий